Египетское Время

Написать побудил сегодняшний (21 июля) разговор ВКонтакте, спасибо за повод, а то давненько не брала в руки шашек… 😉

Это ещё черновик, мало правленый и лишь раз перечитанный.

Итак…

В Египте поразило ощущение, что там сразу две страны. Одна — сегодняшняя, с автомобилями и прочими атрибутами «цивилизации» двадцатого века. Другая — призрачная, заметённая тысячелетиями, однако осязаемая и видимая: словно дымка или марево нависает надо всем этим сегодняшним, вроде бы реальным, суетящимся миром. Этот сегодняшний мир не замечает и не ценит ту призрачную страну, для него она такая же посторонняя, как и для меня. Не в своей стране он обосновался, но живёт ведь. 🙂

Не знаю, откуда бралось это ощущение, чем его объяснить, но оно такое было. И осталось со мной, хотя с поездки прошло полвека.

Впрочем, что такое полвека. Смешно. Более чем смешно.

— — —

В Карнаке, в огромном храмовом комплексе, устав задирать до лопаток голову к вырубленным из песчаника капителям гигантских колонн (капители эти изображают обобщённо, «грубо» и очень красиво листья лотоса), положила сумку у подножия одной из колонн и пошла вокруг — сосчитать, сколько будет шагов в обхвате. Иду, иду. Иду, иду… Думаю: ГДЕ МОЯ СУМКА?! Какой уж тут счёт. ))) А сосчитать, сколько колонн в этом безбрежном зале, даже поползновения не возникло.

С возвращённой себе сумкой выкатилась в следующий зал. Ну, «зал» по нашим понятиям условный: они все под открытым небом и территория каждого необъятна. Каждый зал строился на протяжении не знаю какой глыбы лет. И в среднем каждый последующий зал, как нам говорили, хоть чуть-чуть, но меньше предыдущего. Проходили тысячелетия, мельчал народ — мельчали залы.

Пройдя почти весь уже маршрут, выхожу к некоей тоненькой фитюльке, и у неё совершенно нелепая, «мелким бесом» закурчавленная верхушка. Более или менее можно сказать, что это колонна такая, мегакарликовая. Поставлена она на возвышение, отчего смотрится вовсе коротышкой. Смутно брезжит мне, что видела когда-то что-то похожее.

И вдруг, как искра: да ведь это мой любимый коринфский ордер!..

— — —

В Каире нашу группу провели по Национальному музею. Обзорная экскурсия, как водится, бегом. У выхода объявили, что сверх программы, платно, можно зайти ещё и в «Комнату мумий». А дело было в советское время, в начале 70-х годов: одна из первых общедоступных турпоездок из СССР в Египет, и валюты нам поменяли аж по 37 рублей 50 копеек на одну туристическую голову. Никто из группы не возжелал отдать из этих денег ради каких-то мумий. Никто, кроме меня, естественно.

Оставив за спиной недовольное задержкой большинство, я устремилась туда; кто-то из сотрудников сопровождал и дорогу показывал.

Пространство небольшое: пожалуй, с обычную двух- или трёхкомнатную московскую квартирку. Внутренние помещения, наверное, есть, но я про те, в которые пускали посетителей. И вот оно всё, по периметру вдоль стен и дополнительно по центральной части, всё от пола до потолка уставлено стеллажами. Такой своего рода лабиринт, только не запутанный, а стройный. Стеллажи — как книжные полки, из ящичков, длина ящичков тоже как у книжных примерно, то есть гораздо меньше, чем в человеческий рост по нашим представлениям. Однако в каждом ящичке умещается мумия. И свободно умещается, с запасом. Египтяне были маленького роста, а мумии вдобавок, наверное, усохли и укоротились.

Я не разбираюсь в мумиях и вообще в Древнем Египте, просто любопытно было взглянуть, что это за «Комната мумий», раз она существует.

На каждом ящичке своя этикетка, цифры на ней обозначают примерный диапазон ТЫСЯЧЕлетий, в которые оценивается возраст лежащей внутри мумии. Ещё и с тире между двумя датами на многих ящичках. То есть для этих мумий наука смогла определить их возраст с предположительной точностью в несколько тысяч лет… а то и десятков тысяч лет. Вы понимаете, что такое десятки тысяч лет? Я — не понимала.

И вот тут самое главное. Цифры на этикетках — римские! А значит, чем давнее, тем длиннее их вереницы. В начале маршрута — во всю длину ящичка. Во всю длину!!! В конце маршрута — всего несколько циферок.

На пробежку вдоль этой цифири у меня ушло минут десять. (Группа ждёт и всё такое…) То есть, смотрите, за считанные минуты история чуть ли не всего человечества — эти, не знаю, тысячи тысячелетий? — пронеслись перед глазами, укорачиваясь с каждой секундой. Прошли — и усохли — в нуль.

Зачем, за что, ради чего?.. Чтобы кто-то посторонний, чужой и чуждый, совсем из другого мира, зашёл и поглазел?.. и даже зачем поглазел, тоже неизвестно.

— — —

Спускаешься в знаменитую пирамиду. Туннель узкий, глубокий, оснащён поручнями и ступеньками (около 40, наверное). Изначально ступеней не было, а были полозья. На стенах — потрясающей красоты изображения жертвенных существ живых и мёртвых: плакальщиц, воинов, животных… Освещение электрическое, но изначально это был неровный, колеблющийся свет смоляных факелов, и живо представляется, как при нём «развевались» нарисованные длинные-длинные чёрные волосы, как «заламывались и простирались» бесчисленные нарисованные руки, когда траурный поезд медленно перемещался вниз по полозьям. Даже «слышишь» непрекращающийся женский вой и вскрики.

Ниже, ниже, ниже.

На дне — пустая камера. Все сокровища, приданные фараону для его счастливого пребывания в Царстве Мёртвых,  давно уже разграблены либо вывезены в музеи и хранилища. Но всё равно там, на дне, очень захватывающе, воображение работает на просторе.

Уходила последней. И вдруг… оказалось, что при подъёме я не вмещаюсь в поперечный объём туннеля. 🙂 Ступеньки крутые и редкие — приходится до отказа сгибать ногу, иначе её не поднимешь на необходимую высоту. А в такой конфигурации мои параметры увеличиваются чуть не вдвое.

Спустилась своим ходом и без особого труда. А подняться своим ходом, получается, не могу?

Так… Там, наверху, меня же не досчитаются и примут меры. Как в старинных романах, спустят, например, верёвку, я ею обвяжусь и поеду наверх висячим мешком. Кто будет тянуть? Ну, может, те верблюды, на которых желающих из нас, практически опять же только меня, рысью прокатили, прежде чем спустить в пирамиды. А может, это будут люди, а не верблюды. В любом случае, не оставят же отставшего туриста в пирамиде. ))

С таким уравновешенным настроем я вскоре нашла позицию, при которой мой объём возрастал в движении лишь на минимально возможную величину. Что-то похожее на плавание баттерфляем или на балетные упражнения. Выворотить ногу максимально вправо, прижавшись животом к ступеням, добиваясь максимально плоскостной фигуры. К счастью, ширины туннеля почти хватало. 😉 Перехватить руками поручни, вознести ногу наверх, подтянуться. Выворотить «следующую» ногу максимально влево. И — так далее, вверх, только вверх.

И вот он, свет дня!..

Некоторые до сих пор думают, что кто спустился в пирамиды, того покарают египетские боги. (Многие из нашей группы даже и не спускались.) С моей поездки прошло столько лет, я уже твёрдо уверена: меня не покарали, да и не за что было — помыслов более открытых, дружелюбных и восхищённых, чем мои, даже представить невозможно.

Но соприкосновение с Их Временем вернуло меня в мою современность другим человеком. Я открыла для себя масштабы. Наших дел, наших ценностей и стремлений, нашего бытия.

 

Лера Сейгина
Москва, 21.07.2019

P.S. См. также «Египетское Время» https://proza.ru/2019/07/21/1759 мои мемуары на Прозе.Ру.  Актуальный текст лучше читать там, потому что там мне править удобнее, а переделок внесла уже много и ещё намерена добавлять. 🙂

 

Так мы летали

…3-3,5 суток лёта — в мои детские годы это было между Москвой и Якутией.  ))

Сейчас у меня совсем нет опыта езды в Якутию или из Якутии. 🙂 А тогда летали крохотными самолётиками, «кукурузник» неофициальное название. На нём добирались до Красноярска, там был по тем временам мега-аэропорт, самолёты чуть ли не ИЛ-12, ИЛ-14!..
https://comp-pro.ru/aviatsiya/passazhirskie-samolety/il-12.html

Но про «кукурузник». У него была вдоль каждого борта совершенно жёсткая гладкая и скользкая скамейка без поручней: человек так 7, если память меня не подводит, помещалось впритык друг к другу, ну, и можно было спиной приопереться на стенку самого самолётика. Его болтало классно, причём, как правило, не с боку на бок, а с головы на хвост и обратно. И вот эти в сумме человек ~14 в две группы лицом друг к другу дружно мотались вдоль борта, скользя по этой гладкой скамейке и чудом не падая на пол: рраз! влево, к хвосту! рраз! вправо, к голове! Бортпроводницы заранее раздавали всем гигиенические бумажные пакеты. И многие ими пользовались. А взлетал он, набирал «высоту» примерно минут 15. Садился, снижался столько же. Во время таких резких изменений высоты немилосердно закладывало уши, не говоря о других «явлениях»… )) Мы, летавшие часто, быстро освоили специфическую технику дышать — заглатывать воздух эдак пузырями, крупными, прогнув язык дугой вниз, раскрыв горло. И слышно было самой себе, как с каждым пузырём в ушах с треском лопнуло всё лишнее, чем бы оно ни было (я не медик), а значит — барабанные перепонки благополучно выжили.

А всего у него хватало топлива минут на 35-40 полёта. То есть, когда он заканчивал набирать «высоту», то практически сразу начинал заходить на посадку. 🙂 Но минут 5 пассажиры таки получали для передышки на ровном месте. Кому удавалось в эти мгновения выглянуть в окно, мог восхититься обзором пасущихся коровок, полей, расчерченных пашнями, и прочей сельской идиллии. Коровки так задумчиво махали хвостами, отщипывая травку. Зрелище обворожительное, сплошная харизма. (Набрать высоту, с которой махания хвостами не различишь, это уже далеко следующая ступень развития авиации. — Для понимания, если что.))

Когда он приземлялся, шатающихся пассажиров принимали на белы руки из провала самолётной двери красавицы стюардессы или кто там ещё, из наземных, вели в чистые, аккуратные, хоть и крохотные, гостиницы и укладывали на мягкие, пышные белоснежные постели. Через несколько часов самолётик набирался достаточно сил и топлива, чтобы «лететь» дальше. Пассажиров,  соответственно, нежно будили и препровождали обратно на скамейку приговорённых.

Собеседница:
Какой сервис! ))

— Да, а чёрная икра и прочее такое?.. )

 

 

 

Командир ледяной Невы

Ледокол

Именно зимой нужно побывать на Неве у ледокола «Красин».

Гениальная экспозиция, если говорить как о выставке.

Одно из мест, пробуждающих сильнейшие патриотические чувства без оглядки на обычную нашу, куцую и потрёпанную боязнь высоких слов.

 

На прогулке в февральский день

Снег и лёд ещё притворялись снегом и льдом, а небо смотрело выше и их строптивость прощало. 🙂

#Санкт-Петербург, #Фонтанка, #лёд, #снег, #скоровесна, #конецзимы, #АничковМост, #МузейФаберже

Жирандоль в Строгановском дворце

Красивые предметы, кажется, вечно молоды.

Вот эта драгоценная жирандоль из Строгановского дворца в Санкт-Петербурге пережила трудную разлуку со своей «родной сестрой». Одну из них дерзко украли прямо из дворца, и она исчезла из поля зрения музейных работников на много лет. А потом произошло чудо, такое желанное в мире пропавших экспонатов: украденная жирандоль «всплыла», и музею удалось её выкупить!..

Может, деньги поступили не из бюджета, ведь очень сложно изыскать бюджетные средства для внезапной и дорогой покупки. — Спонсоры? Например, та баронесса, живущая во Франции, последний потомок рода Строгановых? Дворец реконструировался, насколько знаю из фильма, на добытые ею средства. Не знаю, но просто приятно думать, что и здесь мог кто-то прийти на помощь. А каково было музею выкупать свою кровную вещь!.. Но пришлось пойти на всё возможное и невозможное.

И вот несколько лет назад пропавшая жирандоль вернулась в свой настоящий дом!.. Теперь они с «сестрой» снова в одном зале, по обе стороны дверного проёма, отражаясь каждая в своём зеркале. Ослепительно прекрасны и нарядны, как будто не было ни лет, ни расставания.

Когда бываю здесь, обязательно фотографируюсь с нею, в залог будущих своих возвращений…

#путешествия, #Санкт-Петербург, #Строгановский дворец, #Строгановы, #жирандоль, #канделябр, #Русский музей, #приключения

Только зимой в Рускеале

Декоративная подсветка в горном парке Рускеала работает только зимой. — Что ж, пришлось ехать зимой. 🙂

#путешествия #Карелия #Рускеала #иллюминация

Каменные обитатели Оксфорда

Автор статьи — кандидат физико-математических наук А. ЗАЙЦЕВА, текст и фотографии.
Опубликовано в журнале «Наука и жизнь» #2, 2005:
https://www.nkj.ru/archive/articles/910/

Полная цепочка: НАУКА И ЖИЗНЬ/Архив журнала «НАУКА И ЖИЗНЬ»/Наука на марше/Страны и народы , КАМЕННЫЕ ОБИТАТЕЛИ ОКСФОРДА https://www.nkj.ru/archive/articles/910/

И в электронной библиотеке «Аномалия»:
http://libanomaly.ru/st/22.htm только текст

Каменные обитатели Оксфорда

Кандидат физико-математических наук А. ЗАЙЦЕВА   www.nkj.ru

  Оксфорд очаровывает с первого взгляда. В нем удивительным образом сочетаются все прелести небольшого английского городка и университетского научного центра — старейшего в Англии и известного во всем мире. Готические стены колледжей, буквально дышащие стариной и академической ученостью, уютно увиты плющом, а на университетских лужайках кое-где пасутся коровы. Студенческая молодежь со всего мира, населяющая Оксфорд, и толпы туристов, снующих вдоль его улиц, наполняют город с восьмисот летней историей атмосферой вечной молодости и космополитизма. Но стоит вам отвлечься от пестрой толпы и посмотреть вверх, на фасады старинных зданий, и вы обнаружите, что студенты, туристы и обычные горожане далеко не единственные и, может быть, не главные обитатели этого городка. Вашему взору предстанут многочисленные каменные изваяния гротескных существ — полулюдей и полузверей, безмолвно застывших в самых причудливых позах с невероятными гримасами на лицах и мордах. Заметив их однажды, вы будете встречать их повсюду — десятками, сотнями, тысячами — и поймете, что Оксфорд буквально кишит подобными существами.

Традиция украшать здания готических церквей и соборов фигурами людей, зверей и различных вымышленных существ берет свое начало в XII веке. Эти изваяния обычно носили гротескный характер, страшное и ужасное в них нередко сочеталось с нелепым и смешным, они могли напугать зрителей, вызвать у них отвращение или же невольную улыбку. Гротески, монстры, химеры, демоны, горгульи — вот наиболее распространенные наименования этих существ. Из них гротеск, пожалуй, самое точное и емкое, остальные же имеют более узкое значение. Так, горгулья — это водослив в готической архитектуре, который оформлялся в виде человеческой или звериной фигуры (либо головы) с разинутым ртом или пастью. По сути, это предшественник современной водосточной трубы, благодаря которому вода из желобов не текла вдоль стен, разрушая их и подмывая фундамент здания, а отводилась на некоторое расстояние вбок, откуда и падала вниз на головы прохожих. Подобные водостоки применялись еще в Древнем мире. Само же слово «горгулья» происходит от старофранцузского gargouille — глотка, и своим звучанием имитирует булькающий звук, возникающий при полоскании горла. В XVIII-XIX веках большинство горгулий заменили свинцовыми водосточными трубами. Утратив полезную функцию, горгульи превратились просто в элемент декора зданий.

Готические химеры получили свое название по аналогии с Химерой древних греков — мифическим чудовищем с головой льва, туловищем козы и змеиным хвостом, однако внешне не имеют с ней ничего общего. Обычно так называют фигуры фантастических чудовищ, восседающих на фасадах соборов и устрашающих своим видом прохожих, напоминая им о грехах и муках ада. Так, знаменитые химеры собора Парижской Богоматери — жутковатые создания с крыльями летучих мышей, козлиными рожками или змеиными головами, лебедиными шеями и орлиными когтями.

Гротескные изображения людей в Средние века часто называли «бабуинами» (уст. англ. babewyns), ведь обезьяна — своего рода карикатура человека; так же называли и фигурки обезьян. Сейчас этот термин употребляется довольно редко.

Откуда взялся обычай украшать готические храмы гротескными скульптурами людей, чудовищ и монстров? Даже в наше время такое тесное соседство божественного и низменного несколько озадачивает. По-видимому, точного ответа на вопрос не существует. Известно, однако, что отношение средневековой Церкви к этому явлению было весьма неоднозначным. Далеко не всем отцам Церкви нравилось, что храмы Божьи служат прибежищем целым толпам разнообразной нечисти, пусть и окаменелой.

Дебаты вокруг гротесков возникали неоднократно. Так, в 1125 году святой Бернард сетовал: «Какая польза братии, благочестиво читающей в монастыре, от этих странных монстров, чудес извращенной красоты или красивого уродства? Здесь несколько голов могут расти из одного тела, четвероногое тело может иметь голову змеи, а голова четвероногого может покоиться на теле рыбы… Всемогущий Бог! Если уж мы не стыдимся всей этой нечисти, мы хотя бы должны жалеть потраченных на них средств».

Целая полемика разгорелась между монахами цистерцианского ордена Святого Бернарда и бенедиктинцами из Клуни. Один из наиболее остроумных аргументов последних звучал следующим образом: «Бог непостижим, он находится вне возможностей какого-либо описания и изображения; гротескные изваяния, доводя наше воображение до крайних пределов, напоминают нам об этом». По всей видимости, бенедиктинцы придерживались того мнения, что здание готического собора — это вселенная в миниатюре, а потому оно может вмещать в себя изображения не только всего существующего на земле, но и всего того, что только может предстать воображению человека. Противники святого Бернарда полагали также, что грубоватый и не лишенный юмора символизм каменных гротесков как нельзя лучше подходит для воспитания паствы, основную часть которой составляли люди простые и неграмотные. Каменные гротески могли служить своеобразной «Библией для неграмотных», главной задачей которой, по мнению монахов, было напоминать о грехах и возмездии.

Пока церковники спорили, безвестные каменщики ваяли, и, что сами они думали о своих творениях, нам неизвестно. Мысли и чувства они облекали в камень, и, может быть, просто забавлялись. Мы этого никогда не узнаем. Судя по всему, в их творениях воплотились не только христианские, но и более древние языческие верования людей в добрых и злых духов, населяющих Небо и Землю. Гротескные изображения простые люди воспринимали как своеобразные обереги, охраняющие храмы и прихожан от злых сил. Как бы там ни было, каменщики по всей Европе трудились не покладая рук, а Церковь обеспечивала их стабильной работой и солидным положением в обществе.

История Оксфордского университета неотделима от истории средневековой католической церкви. Первые университетские колледжи были основаны в XIII-XIV веках и развивались под патронажем влиятельных епископов и архиепископов. Главной университетской наукой в Средние века было богословие, поэтому справедливо считалось, что знание укрепляет веру, и соответствен но позиции Церкви в обществе и государстве. Это и обеспечило университету особое положение в государстве и процветание на долгие годы.

Строительство первых колледжей, которые задумывались как помещения, где студенты и их наставники могли бы жить и учиться под одной крышей, велось во многом по образу и подобию средневековых мужских монастырей. Колледж обязательно имел квадратный внутренний двор, собственную церковь или часовню, общую трапезную. Горгульи, химеры и прочие гротескные изображения стали естественным декором зданий средневековых колледжей.

Готический стиль в архитектуре задержался в консервативном Оксфорде дольше, чем где-либо еще в Англии. Так, здание колледжа Сент Джонс, построенное во второй половине XVII века, все еще в значительной степени носило черты этого стиля. А в XIX веке мода на готику вернулась вновь, что привело к появлению в Оксфорде множества неоготических построек. При этом средневековая традиция украшать здания гротескными фигурами практически не прерывалась. Обычно их вырезали из известняка, добываемого в окрестностях Оксфорда. Как и любой известняк, он был очень непрочен, поэтому в условиях влажного и ветреного английского климата скульптуры быстро разрушались и их приходилось часто подновлять. Поскольку изначальных эскизов, как правило, не существовало, реставрация обычно сводилась к изготовлению новых скульптур. В лучшем случае удавалось сохранить общий силуэт фигуры, тогда как мелкие детали додумывал скульптор-реставратор. Таким образом, каждое новое поколение каменщиков добавляло что-то новое к облику горгулий и гротесков.

Борьба с разрушением велась с переменным успехом на протяжении веков. И тем не менее к XX столетию многочисленная армия оксфордских гротесков представляла собой весьма жалкое зрелище: большая часть скульптур почти полностью утратила свои черты, превратившись в бесформенные куски камня, облепляющие парапеты зданий. Чтобы исправить положение, в середине прошлого века была принята программа реставрации университетских колледжей. К работе привлекли десятки искусных и талантливых резчиков по камню, в том числе из старинных артелей каменщиков, работавших в Оксфорде с XVIII века. За несколько десятилетий работы они сумели почти полностью восстановить разрушенный декор зданий. Где было возможно, гротески реставрировались в соответствии с сохранившимися рисунками и фотографиями, но бoльшая часть была создана заново. При этом художники-реставраторы и резчики по камню опирались как на старинные средневековые традиции и стиль, так и на собственный художественный вкус и фантазию. В результате армию традиционных персонажей дополнили некоторые современные образы. Наряду с древними чудовищами и химерами теперь можно встретить, к примеру, фигуры студента-очкарика за книгой, человека с телефонной трубкой или с ракеткой для игры в сквош. Кое-где каменщики поместили скульптурные портреты-шаржи популярных университетских преподавателей и руководителей колледжей, а также свои собственные шутливые автопортреты.

Сегодня оксфордские гротески очень различаются по возрасту и происхождению. Скульптуры, сохранившие оригинальный облик с XIII-XV веков, можно найти практически только внутри зданий церквей и колледжей, где ветер, вода и дым каминов не оказали своего разрушительного действия. Целая коллекция загадочных фигур начала XVI века располагается вокруг внутреннего дворика колледжа Магдалены: несмотря на многократные реставрации, эти гротески не претерпели существенных изменений. Скульптуры столетней давности можно увидеть, например, на здании церкви Святой Девы Марии — результат реставрационных работ, проведенных в XIX веке. Но самую многочисленную армию составляют гротески и горгульи, возраст которых не более полувека. Несмотря на свою молодость, они настолько органично вписались в общее окружение, что туристы часто принимают их за подлинные памятники Средневековья. Это несомненное свидетельство таланта английских скульпторов и реставраторов. Сыграли свою роль и свойства известняка: на открытом воздухе каменные изваяния быстро темнеют и покрываются живописными потеками, приобретая весьма «древний» вид.

И все же, узнав об истинном возрасте оксфордских горгулий, туристы нередко испытывают разочарование. Но всегда ли плох новодел? Ведь главное в произведении искусства не его возраст, а то, насколько оно талантливо. Средневековые каменные чудовища оказались слишком хрупкими перед разрушительным действием времени и плохой погоды, зато сохранилась до наших дней сама традиция создания гротескных скульптур и живо искусство резчиков по камню. Заметим, к слову, что знаменитые химеры собора Парижской Богоматери, ставшие одним из символов Парижа, тоже своего рода «новодел». Их создал в XIX веке скульптор и реставратор Эжен Эммануэль Виолле-ле-Дюк, который хоть и был знатоком Средневековья, однако внес в свои изваяния много личного, а также присущего мировоззрению человека XIX столетия. Так что к Средним векам эти замечательные химеры имеют весьма косвенное отношение.

Оксфордские гротески, став неотъемлемой частью города, словно перекидывают мост между прошлым и современностью. Их существование окутано легендами. Говорят, что по вечерам некоторые скульптуры сходят со своих мест и отправляются в местные пабы пропустить кружечку-другую в кругу студентов. А в середине лета они собираются в полночь во дворе одного из колледжей и проводят мероприятие, аналогичное университетской церемонии присуждения научных степеней, но только среди монстров. В остальном гротескные существа ведут себя вполне смирно. Своим безмолвным присутствием на стенах колледжей они словно напоминают студентам и преподавателям Оксфорда о том, что на пути познания и постижения разнообразных наук нельзя обойтись без хорошего чувства юмора и доброй доли самоиронии.

Не только в Оксфорде, но и во всем мире тысячи скульпторов украшают здания — как готические, так и современные — причудливыми изображениями фантастических существ. Сегодня мало кто верит всерьез в злых духов и демонов, обитающих буквально повсюду. Современный человек скорее склонен видеть в гротесках темные и неизведанные стороны своей собственной души, свое второе «я» — порой жутковатое и пугающее, порой жалкое и смешное. Взглянув на каменных чудовищ с улыбкой, мы словно приручаем и побеждаем эти темные силы. Как бы то ни было, людям нравятся изображения фантастических монстров, а скульпторы любят вырезать их из камня, поскольку этот жанр как никакой другой дает простор творческому воображению и фантазии. К тому же, как пошутил один скульптор, «если в ходе работы вы случайно отколете скульптуре палец, никто этого даже не заметит». Так что искусству каменных гротесков суждена еще долгая жизнь.

Церковная луковка

Вот так устроена луковица церкви (фото Valentinych, музей Малые Корелы)

Отмечая мысленно Старый Новый год, любуюсь таким вот образцовым сочетанием старого и нового… 🙂 Восхищает столь простая (лаконичная) и точно выверенная конструкция. Как здОрово, что в музеях показывают подобные макеты, мотивирующие перенимать мастерство и продолжать сотворение красоты.

Макет в музее Малые Корелы. Фото — Valentinych с Ли.Ру.

Большое спасибо автору за интересное фото и разрешение его опубликовать у меня в Интернете.